Тридцать часов тридцать восемь минут в пробках и на пробежках.
Я долго игноировала эту книжку, хотя обычно читаю новые романы Кинга. Описание не вдохновляло: учитель литературы отправляется в прошлое, чтобы предотвратить убийство Кеннеди, это слишком внутриамериканская тема с вечным культом камелот-клаба и миллионом теорий заговора. Даже сейчас в США становятся бестселлерами работы, еще раз перебирающие события короткого президентства Кеннеди. Нам-то что (кроме того, что наша страна была деятельным участником Карибского кризиса). Плюс я не люблю путешествия во времени как литературный прием.
Оказалось, отличный, выдержанный Кинг. В многообразной библиографии автора книжку можно отнести в один кластер с «Зеленой милей» — фантастический элемент ограничен, много золотого прошлого, много деталей, много печали перед неотвратимостью судьбы, много, много страниц.
Перемещение во времени здесь не создает обычных для жанра пародоксов: каждый вход в «кроличью нору» перезапускает историю заново, путешественник во времени попадает строго в один и тот же момент. Когда герой спрашивает первооткрывателя «кроличей норы», что будет, если он найдет своего отца и убьет его, тот с изумлением отвечает: «Но за каким чертом ты сделаешь это?». Главная арка повествования — в решении выяснить, действительно Ли Освальд был одиночкой и остановить его, потому что, как кажется героям, именно после убийства Кеннеди история США пошла наперекосяк — Вьетнам, все это вот. Но красота книжки не в гонке «успеет-не успеет, если успеет, то что получится», а в небольших человеческих историях, на который Кинг известный мастер. И в медменовской совершенно эстетической ностальгии по далеким временам, когда машины были не пластиковыми, еда — вкусной, воздух — чистым. Заодно герой выясняет, что без интернета вполне можно жить.
В 11/22/63 всплывает общая философия Кинга, по которой важно бороться за свою жизнь каждую минуту, но нельзя пытаться переиграть уже случившееся каким-нибудь подвернувшимся противоестественным способом, плохо кончится. Это было в «Кладбище домашних животных», «Темной башне», в общем, наш советский «Горячий камень». Борись сейчас всеми силами, мертвых не трогай — их можно вернуть, но будет только хуже.
Я эту книжку не читала, а слушала в превосходном исполнении Craig Wasson. Слушать получается медленнее, чем читать, но зато мне практически гарантированы часов двадцать на аудио каждую неделю. Кроме того, при прослушивании невозможно пропускать малозначащие и «лишние» абзацы, текст проходит весь, и часто это оказывается очень важным: я так ради эксперимента прослушала пять разных исполнений «Евгения Онегина» и поняла, что, когда читала, роман, на самом деле, не читала его вообще. Огромные содержательные куски проходили мимо меня гладким блестящим стихом. Об этом я еще напишу, у меня в черновиках лежит огромнейший текст по итогам ЕО. Кинг — не Пушкин, но, читая его с бумаги, я бы треть тоже пропустила мимо, и зря.