Злобы мрачные забавы

Решила, что к великой классике стоит обращаться не только в чужой критике и по памяти и прослушала лермонтовского «Демона».

Пока слушала больше думала о старении текстов, чем собственно о демоне. «Евгений Онегин» сейчас читается замечательно свежо, «Гамлет», которого я, следуя программе «Шекспир-2015», читаю с комментариями — тот же блокбастер, что и четыреста лет назад, «Иллиада» в новом английском переводе тоже очень ок, любовь-кровь, (надо только дочитать великий текст). «Героя нашего времени» можно смело давать подросткам, то же занимательное пособие по пикапу и красивой меланхолии, что и во времена моей юности. «Демон» состарился неумолимо.

Конь — лихой, туман — легкий, кудри — шелковые. Я даже догадываюсь, почему поэма так безнадежно одряхлела: в свое время она была слишком модной, слишком отчетливо вписанной в актуальный на тот момент романтизм. Все остромодное остается в своей эпохе.

Что было бы интересно, так это проследить историю отношений хороших девочек с плохими парнями. Ведь были же времена, когда героем любовной истории мог быть только хороший парень (с правом оступиться), сейчас — наоборот, и это мне кажется не увлекательным, а глупым и опасным. Впрочем, мне все романтическое представляется глупым и опасным, у меня даже есть рабочая гипотеза, что градус романтики в первой стадии отношений прямо пропорционален кошмарности последней: если человек склонен к хлестким жестам, это будет проявляться и в плюс, и в минус. Так что стоит покопаться в этом культурном коде «и стал теперь ее кумир […] задумчивый вампир», чтобы его как-то уже разобрать: до Байрона были красавица с чудовищем, но чудовище, по сути, было хорошим парнем, Лермонтов еще не готов развить тему отношений Тамары и Демона, а дальше понеслось все по наклонной.

Одна строфа там космологична и прекрасна, как фотография Хаббла:

На воздушном океане,
Без руля и без ветрил,
Тихо плавают в тумане
Хоры стройные светил.