Ayn Rand and the World She Made
Из всего наследия Айн Рэнд я прочитала только первый роман «Мы, живые» — книгу, которая показывает, что в Алисе Розенбаум мир потерял отличного писателя, обретя взамен лидера относительно безобидного, но влиятельного культа Айн Рэнд. «Атлант» и «Источник» не мой тип литературы, прочитать могу, но только в рамках какого-то очень специального проекта.
А биография прекрасная, преувлекательная!
Например, осознала поразительный факт, что Рэнд — это двойник Набокова. Ее основные романы, «Атлант расправил плечи» и «Источник» до сих пор издаются (и, что важнее — продаются) большими тиражами, и воспринимаются как убер-американские книги про ледяное свободное предпринимательство лучших людей, торжество таланта и трудолюбия над любыми препонами, презрение к слабакам, ценности индивидуализма и все такое. И Набоков тоже стал очень американским автором. Два супер-знаменитых писателя, Набоков и Рэнд, оба детство и раннюю юность провели в России, преимущественно, в Санкт-Петербурге, оба прожили всю жизнь у других берегов, сумели написать на английском языке абсолютно неэмигрантские и не-переводные книги, отдельные от их российского опыта и прошлого. Как дополнительная виньетка: Алиса дружила с младшей сестрой Владимира Набокова Ольгой, много бывала в их роскошном доме на Большой Морской, и дореволюционная жизнь Аргуновых из квазиавтобиографического романа «Мы, живущие» списана с Набоковых.
Сама же Рэнд — абсолютный феномен. Эмигрантка из СССР, небогата и незнатна, мала ростом и некрасива, с достаточно специфическим дарованием, тяжелым характером, неконвекциональным чувством стиля, густым русским акцентом, адовым совершенно высокомерием стала одним из ключевых американских интеллектуалов своего времени. Сначала пыталась стать сценаристкой в Голливуде — не получилось, зато вышла замуж за красивого и порядочного актера. Проходит какое-то время и вот к ней идут на поклон за «Атлантом» лучшие издательства, она заключает сделку с авансом в 50 000 долларов (это пятидесятые годы прошлого века, когда доллары были куда упитанней и выше в холке, чем сейчас), 15% роялти с продаж, гарантированный бюджет на продвижение в 20 000 долларов. Пока писала этого «Атланта», в перерывах она складывала рукопись в специальный кейс, с которого не спускала глаз. Если они ходили с мужем поужинать в ресторан, то он приковывал этот кейс к своей руке, как ядерный чемоданчик!
К концу жизни она была идолом небольшого, но устойчивого культа со всеми признаками секты. Выступала в заведениях типа Вест-Пойнта. Вела крайне запутанную и бурную любовную жизнь в 60+. И до сих пор есть много людей, включая половину технобаронов, криптобро и правых политиков, которые обожают ее тексты. Короче, при всей несимпатичности персонажа — герой.